Александр Сладков (РТР): Именно осетинские ополченцы отстояли Цхинвал

Аналитика - 2010/10/15 - 21:18

"Подача информации западными СМИ, их предвзятость в освещении войны августа 2008-го, стали для меня полной неожиданностью и даже шоком, – признается Александр Сладков, военный корреспондент ВГТРК «Россия», за плечами которого работа практически во всех «горячих точках» нашей планеты – Чечня, Ирак, Израиль, Афганистан и т. д. – Западные коллеги, с которыми я там работал, никогда не давали мне повода усомниться в их объективности, беспристрастности и профессионализме, пока, наконец, мы не «столкнулись» в Южной Осетии…». Мы встретились с Александром во время его очередной командировки в нашу Республику и начали беседу с воспоминаний об августе 2008 года, о том, как съемочная группа Сладкова вместе с колонной российских войск подходила к осажденному Цхинвалу.

– Утром 8-го августа наша съемочная группа была уже в Джаве, когда грузинская авиация нанесла первые удары по поселку, в результате чего было разрушено два дома. В центре поселка было огромное количество людей, в основном мужчин. Я тогда еще подумал, если уж здесь такое скопление народа, сколько же их должно быть в самом Цхинвале? Как потом оказалось, в осажденном городе остались лишь самые смелые и отчаянные, в гораздо меньших количествах, чем можно было себе представить. В тот же день российские войска по Зарской дороге выдвинулись в сторону Цхинвала, к вечеру два батальона в количестве около 400 человек под общим командованием генерала Хрулева были на Зарской высоте. Грузинская армия, по всей видимости, была готова к такому повороту событий, ибо сразу же по нам прямой наводкой стали стрелять танки, начался обстрел из систем залпового огня «Град». Командованием было принято решение приостановить движение в сторону города и к утру определиться с тактикой дальнейших действий. Утром в сторону города выдвинулся батальон тактической группы под командованием полковника Казаченко. Он блокировал территорию, которая им предназначалась и принял первый бой на себя. Около полудня генерал Хрулев дает команду всем подразделениям войти в город, поскольку оставаться на Зарской высоте было невозможно – велся обстрел прямой наводкой по российским войскам из крупнокалиберных орудий, появились первые потери. Наша съемочная группа с одним из батальонов спускалась через заросли к микрорайону «Шанхай». Первоочередной целью было войти не в город, а пробраться к верхнему городку миротворцев – к тому времени там уже было много убитых и раненых.

– К тому моменту, какова была обстановка в городе?

– Честно говоря, я удивился, увидев группы людей, местных ополченцев, которые чувствовали себя хозяевами, и которые ни при каких обстоятельствах не собирались оставлять Цхинвал. Я считаю, что именно эти люди, а их по различным наблюдениям было лишь несколько сотен, спасли свою родину от уничтожения врага. Их действительно было немного, но эти небольшие группы осетинских ополченцев сделали по большому счету невозможное, отстояв город ценой невероятных усилий и больших потерь. Многие сегодня размышляют о том, что одержать победу над грузинской армией было делом не таким уж и сложным. Но, делать из грузин трусов тоже не вполне справедливо, хотя я никогда не забуду рассказ одного из своих коллег, журналиста агентства «Рейтер», когда он свидетельствовал как пятеро грузинских солдат улепетывают на одном мотороллере. Вооружены, оснащены, я уже не говорю о количественном перевесе, грузинские солдаты были намного серьезнее и современнее.

– События августа 2008 в Вашем видении вылились в целый ряд репортажей и документальных фильмов. А что осталось за кадром?

– То, что я постарался отразить в своих сюжетах и фильмах об августовской войне, действительно, составляет не более 5 процентов всей собранной информации. За кадром осталось множество воспоминаний очевидцев, кадры военной операции. Сейчас думаю над выпуском специальной книги, в которой постараюсь объединить весь оставшийся материал. Кстати, те, кто в Южной Осетии занимается вопросом сбора всевозможной информации об августе 2008-го, делают большое дело. Ни один миг тех чудовищных испытаний не должен остаться неизвестным. Этот исторический фонд нужен и сейчас, и особенно будущим поколениям осетинского народа. Посмотрите, Россия даже сейчас вновь и вновь возвращается к истории Великой Отечественной войны, специалисты буквально по крупицам собирают и воссоздают моменты военных лет. Все это делается для того, чтобы наше будущее поколение не теряло понимания произошедшей войны, чтобы те события даже через 100 лет никто не смог интерпретировать. Юго-Осетинскому государству тоже нужно серьезно заняться сбором материалов и документов о событиях последних 20 лет и августа 2008-го в частности. Ведь когда-нибудь кто-то опять, а подобное вы уже проходили, будет пересматривать, а, возможно, и перекраивать, историю – и тогда эта база данных станет незыблемой правдой на все века.

– На протяжении последних 20 лет и в августе 2008 года в частности, грузинская сторона применяла и другой, не менее опасный вид оружия, бои шли и на информационном поле, и в этой сфере, надо признать, противник оказался намного оригинальнее. Как Вам кажется, почему нам не удалось занять преимущественные позиции в информационной войне?

– Все дело в том, что никто из нас, я имею в виду российских и юго-осетинских журналистов, информационную войну в принципе и не вел. Мы говорили правду, то, что сами непосредственно видели. Когда в августе 2008 года я направился в Южную Осетию, руководство ВГТРК не ставило передо мной конкретных целей. Да и в последствии, в своих материалах, для меня как репортера, в основе работы лежала правда, поэтому шоком стало поведение и тональность передаваемой информации многих западных коллег. Люди, у которых лично я учился профессионализму, а главная составляющая профессионализма журналиста – говорить правду, позволили себе вести изощренную информационную войну, не брезгуя в данной ситуации даже самыми грязными методами и технологиями. О чем можно говорить, когда наши грузинские и западные коллеги выдавали разрушенный Цхинвал за город Гори? Мы, честно говоря, оказались не готовы к такому повороту событий.

Сегодня, слава Богу, уже не слышно грохота орудий, с приходом России на территории Южной Осетии воцарился мир, но необходимость бороться за место под солнцем у вашего молодого государства по прежнему присутствует. Грузино-американские СМИ раскрутили против Южной Осетии невероятно мощные информационные ресурсы, психологическая война до сих пор продолжается, создается негативный образ и искажаются до неузнаваемости исторические факты далекого и недавнего прошлого. Информационная борьба – это требование времени, и в этом деле важен каждый момент. Радует другое – люди начали постепенно оттаивать, появилась уверенность в завтрашнем дне. Вашему Президенту Э. Кокойты и всему юго-осетинскому народу хватило выдержки и мудрости пройти обязательный, неизбежный в таких случаях этап, когда деньги на восстановление уходят неизвестно куда. Республика учится строить мирную жизнь, война становится прошлым, из которого, на мой взгляд, все же следует извлечь уроки, главный из которых – помнить прошлое не для того, чтобы мстить или жить с ненавистью, а для того, чтобы укрепить свое государство, избегая былых ошибок.


Рада Дзагоева
Юго-осетинская газета «Республика»